24 Августа, Четверг

Открывайте страницы на портале Mirmuz.com!

Ирина ЦЫГАЛЬСКАЯ. ТОП-10 "Чемпионата Балтии по русской поэзии - 2017"

  • PDF

CigalskayaСтихотворения, предложенные в ТОП-10 "6-го открытого Чемпионата Балтии по русской поэзии - 2017" членом Жюри конкурса.  Лучшие 10 стихотворений Чемпионата Балтии будут объявлены Оргкомитетом 6 июня 2017 года.



1 место

Михаэль Шерб, Дортмунд (Германия)

Лицо дождя

Не скучно наблюдать, как всходит рожь,
Как тёмный голубь чертит в небе кистью,
Волнами по ветвям проходит дрожь,-
Так крестит дождь младенческие листья.

Уже обувшись и надев пальто,
Задумалась и, зябко сгорбив плечи,
Стоишь одна и щуришься в окно,
Глядишь в лицо дождя, как в человечье.

Пока в прямоугольнике окна,
Весенний шар качается на грани,-
Ты – неподвижна: ты заключена
В хрустальной сфере собственных мечтаний.

Взмахнёшь рукой, чтоб прядь убрать с виска,
Которая твой взгляд пересекает,-
И в этом жесте бледная рука
Надолго, словно в гипсе застывает.

Наш город превратился в водоем,
И дождь теперь по водной глади хлещет,
Внутри ковчега мы с тобой живём,
Но только не зверьё вокруг, а вещи.

Нас стены облегают, как бинты,
Закрыты двери, словно створки мидий.
И больше нет в квартире пустоты,
А если есть, то мы ее не видим.

2 место

Геннадий Акимов, Курск (Россия)

Имя. Романс с червоточинкой

Я имя позабыл и место не запомнил,
там хрупкая трава, тарковская вода,
и кашель, и романс притих, недоисполнен,
подсолнухи, перрон, глухая слобода.

Электропоезд пьян, страна слегка устала,
раздумья тяготят, коль совесть нечиста,
в вагончик с двух сторон внедряются каталы,
а дальше лязг колес и рельсы вдоль моста,

а дальше ни страны, ни денег. Поезд прибыл.
На ужин — протокол и вялая ботва.
Проматывая вдрызг неправедную прибыль,
гуляет по ларькам отвязная братва.

В какую из эпох случилось это лето,
кто ставил в паспорт штамп, куда пропал билет?
Козырный туз побил и выбросил валета,
в уплату отобрав цветущих двадцать лет.

И нужно ль протирать слезящиеся линзы
/там резкий свет в глаза, там окрик, будто плеть/,
чтоб вспомнить имя той, проигранной, отчизны,
где не было дано ни жить, ни умереть?

3 место

Анатолий Столетов, Уфа (Россия)


Маршрутка

Два рыжих медяка дать за проезд в маршрутке
и выйти на проспект, оглохший от ворон,
шагнув в бетонный бред не вне, но в промежутке...

Других - не торопись, вези, мой брат харон.

Пока еще иду, забыт и неприкаян,
а горло лишь слегка сжимает смерти жгут,
помедленней езжай, мой торопливый каин...

Пусть авели еще немного поживут.

С прохожим о любви заговорить стихами,
увидеть, как в глазах заплещется душа.
Читай побольше вслух, мой скромный брат мухаммед...

Пока растут стихи, земля так хороша.

Пока еще я здесь, живу и полон срама,
и тлеет уголек под ребрами в груди,
сансару покрути, мой темный гаутама...

Сидящих за спиной нирваной не грузи.

На ветке - клюв раскрыт - торчит осенний ворон,
Сыр мира обронив, вещает о пустом.
Улиткой, мой басё, ползи по склону в гору...

Пусть даже этот склон окончится крестом.

4 место

Анастасия Винокурова, Нюрнберг (Германия)

* * *

Воздух полон упрёков: «Мы же одни на свете!..»
Ты ведь знал, что отец мой – ветер, и мать моя – ветер,
что подобных отвергнет река, и земля не вскормит,
сколько б я ни сидела, напрасно пуская корни.

Ты же видел, куда смотрел, – так какого чёрта
удивляться тому, что однажды я стала мёртвой,
не сумев отдышаться под толстой гранитной глыбой.
Не жалей, не гневи небеса – это просто выбор.

Об одном лишь прошу, уходя от тебя с повинной:
не отдай меня тем, что засыпят песком и глиной.
Дай в закатном огне напоследок взмахнуть крылами,
потому что отец мой – пламя, и мать моя – пламя.

5 место

Пётр Матюков, Бердск (Россия)

Коридорное

Отче наш иже еси иже еси
спасибо за хлеб за то что лампа висит
давно бы сдался бы плюнул и лёг в кровать
но лампа моргает и мне говорит моргать
там в коридоре ветер дожди и снег
там в коридорах можно идти во сне
можно зонтом укрыться упасть в сугроб
там на ветру любой человек - микроб
в конце коридора свет мироздания весь
но лампа моргает здесь и я тоже здесь
и я смотрю в коридор идущему вслед
лампа стакан с водой на стакане хлеб

6 - 10 места

Анонимная подборка 242

Муравей в кармане

Покуда ночь загадывает сны,
к воде и небу пришивая блестки,
бездомный город, мертвый без войны,
валяется в пыли на перекрестке –
с удавкой испарений и дымов,
затянутой на впадине яремной...
Кварталами потерянных домов
его душа врастает в рай подземный,
куда-то глубже корневых ветвей,
позвякивая глухо и нездешне...

Я, переживший зиму муравей,
сижу в его кармане, как в скворешне:
не мокну, голодая, под дождём –
а надобно ли большее пигмею? –
но то, что никуда мы не идём,
почувствовав, ещё не разумею.
Вот-вот – и, в рассыпные встав строи,
как подобает слугам и военным,
несчётные сородичи мои
привычно побегут по стылым членам, -
да так, что за туманной муравой,
под утро опускающейся ниже,
обманутся и скажут, что живой, ‒
о том, кто бездыханен и недвижен.

Татьяна Винокурова, Тверь (Россия)

* * *

Вот она, гарью пропитанная весна.
Под ноги мне текущая белизна.
Хлебною коркой — óстов гнилых домов.
В луже лежит О. Генри. «Дары волхвов».

Это не город — кладбище для надежд.
Здесь экономить, не покупать одежд,
Пить между чёрных пальцев зажатый дым.
И в двадцать восемь встать поутру седым.

В мусорной свалке, в этой сплошной грязи
Имя моё тихо с собой носи,
Напоминай лысым сухим кустам,
Веткам корявым, корябавшим тонкий стан;

При напролом, бейся как бронетанк,
Коль я тебе не друг и не враг, а так —
Хлипкий фундамент. Пластиковый каркас.
Всё, что не убивает, ломает нас.

И научись, с именем налегке,
Коль родилась ты в домике буквой Г,
По-человечьи жить, не ища ни в ком
Вёсен моих затопленный полигон.

И не забудь, чтоб не сломать хребет:
Я — это только текстовый документ,
Слово любви, застывшее на губе.
Нежность, так и не отданная тебе.

Анонимная подборка 283

Прорастая в весну

Когда заснеженная наледь
Творит торосы из теней,
Так хочется халат напялить.
Да и носки – пошерстеней.
Залечь на дно – во мглу дивана,
Взять книгу. Можно не одну.
И тихо прорастать в весну,
Лелея сны апрелемана.
И знать, что хмари выйдут вон,
А следом хвори сгинут в Тартар.
И залучится небосклон,
Смеясь над шутками dell'марта.
И грезить, что наступит мир –
Забьют фонтаны из зениток...

Басё отложен и Шекспир.
Пьют чай Офелия с улиткой.

Огонь, свернувшись в очаге,
Сопит, хвостом укрывшись лисьим.
Зима, любуясь перволистьем,
Уходит в рваненькой пурге.

Ирина Рыпка, Нижнеудинск (Россия)

На лодочке

будь мне иваном плыви по реке на моторной лодке
в беленькой вышиванке в красной косоворотке
днепр расходится шире волга стучится в днище
где-то здесь жили-были наши прабабки нищие
а над рекою вотчина десять саженей пашня
домики заколочены выйти на берег страшно
в небе играет солнышко жарит верхушки ёлок
громко бормочет колокол руки съедает щёлок
русь ты моя болотная жирная кровь ярёмная
не проплыви на лодочке мимо меня ерёма


Анонимная подборка 324

Старые фотографии

1.

Лестница. Сумрак блеснул переглядом
двери двойной.

Кто эти двое, застывшие рядом
перед войной?

... женщина. письма, лежащие горкой.
прежняя жизнь.
кто-то за краем – перчатка, георгий,
шапка, кажись.

замер в окне ветерок-перезимок.
темь по углам.

Комнату делит разорванный снимок
напополам.

2.

Несколько слов конверточно.
Бархатки, вензеля.
Клёны сдают поветочно
Жёлтые кителя.

Воздух от пепла тесный.
Между стволов – зола.
Прочее – на небесный
Осень перевела.

3.

облака вдоль обители
разбрелись за края.
два лица в проявителе.
папа, мама и я.
сняты наспех, не жанрово.
ниже лиц – полоса.
молча каждому заново
закрываю глаза.

TOP_10_Cigalskaya_Nr28_1
TOP_10_Cigalskaya_Nr28_2





2017_150



















.