17 Января, Понедельник

Подписывайтесь на канал Stihi.lv на YouTube!

Юлия ДОЛГАНОВСКИХ. ТОП-10 "Кубка мира - 2021"

  • PDF

Dolganovskih_2Стихотворения, предложенные в ТОП-10 "Кубка Мира по русской поэзии - 2021" членом Жюри конкурса. Лучшие 10 стихотворений "Кубка Мира" будут объявлены Оргкомитетом 31 декабря 2021 года.



Имена авторов подборок будут объявлены 31 декабря 2021 года в Итоговом протоколе конкурса.


cicera_stihi_lv


1 место

Конкурсное произведение 172. "Ты один и я один..."

           Памяти Василия Бородина

Ты один и я один.
Умер Вася Бородин.

За окном бушует лето,
веселится третий Рим,
а Василий умер – это
факт, и он неоспорим.

Он бы щас ругался матом
и с поэтами кутил,
но патологоанатом
даже это запретил.

Душно, тесно в смертном часе,
стрелки движутся едва,
пустота в груди у Васи,
а снаружи змейка шва.

Птица кружит без усилий,
человеку не дано –
ты же это знал, Василий,
наклоняясь за окно.

Но теперь-то бесполезно
говорить тебе: «Постой!»,
у тебя во взгляде бездна –
ужас тайны за чертой.

Спит земля, ещё вращаясь,
под землёю – пустота,
жизнь течёт в неё, кончаясь,
красной струйкой изо рта.


2 место

Конкурсное произведение 407. "Свод зимы"

I.

как — отвести глаза не отводя
ни зоркости зениц ни сна ни страха
ни и́скуса — сказать не говоря
ни трепета растерянных ресниц

как — вынуть руку из родной руки
не отнимая от тепла ладони
ни жеста нервного ни тихого касанья
ни слéда от холодных тонких пальцев —

научишься у сумерек и льда

которые себя не отнимают
от стен панельных от зимы и неба
и не отводят холода и мрака
от рассечённых надвое теней

II.

на улице — декабрь и немота
витрины в запотевшей амальгаме —
раскрашен городской продажный сюр
в пурпурно-изумрудный галоген

машинным маслом залит тротуар —
собака фыркает скулит и жмётся к стенам
себя не отделяя от реклам
автобус катит в сторону метро

не хочется ни есть ни покупать
ни слушать речь
ни вглядываться в лица —
исчезнуть раствориться выйти вон

я уклоняюсь от больших дорог
смотреть на время голову задрав

там в недрах неба встали две звезды
на расстоянье крейсерской атаки
морозный воздух нервен и колюч
как полчища звенящей мошкары

над воздухом — в трассёрах Геминид
в небесном незалатанном бушлате —
доносится с окрестных пустырей
сухой немногословный треск петард —
фальстарт
и по всему не скоро
весна отнимет приступом своё

на свод зимы
восходит перочинный росток луны
и перочинный лёд
его в бесплотной луже отражает

раскруживают небо фонари
соединяя запад и восток

III.

бьёт током воздух ключ искрит в замке
привычный быт мозолит глаз трёт руку
предметность вещества стесняет плоть
живой не порождая пустоты

дрожит под потолком люминофор —
пространство ощущается острее
острее одиночества и тьмы
молчанье набирает звон

звенит


3 место

Конкурсное произведение 262. "Скорин"

Отдел встревожен – гудит и спорит,
волненью вняв:
завскладом Павел Петрович Скорин
пропал на днях.

Во вторник вышел со всеми вместе,
пошёл домой.
И вот такие дурные вести,
о боже мой...

Стремясь глухую сдержать тревогу,
порыв слезы,
сидим гадаем, шагают в ногу
гипотезы:

лежит в кювете, бредёт по кругу
лесной тропой,
сменил гражданство, уехал к югу,
ушёл в запой.

– Да молодую нашёл невесту,
лукавый сыч!
– Считаю, шутки сейчас не к месту,
Михал Ильич!
– Я ж для разрядки, простите, Люда.
Не к месту, да...

Из философских: пришёл откуда,
ушёл куда?..

Все эти слухи отводят гневно,
меняя тон,
его супруга – Любовь Андревна,
и сын Антон.

Директор Тюрин молчит в кручине,
держа фасон.
А накануне коллеге Нине
приснился сон:

гуляет будто она за речкой,
вокруг – сады,
а Пал Петрович сидит со свечкой
вблизи воды.

Бормочет тихо, кривясь от боли,
над кипой смет:
«Все цифры, Нина, сегодня в сборе,
а смерти – нет...»

Встаёт, заходит в речную тину
вперёд спиной.
И вдруг за локти хватает Нину:
«Пойдём со мной!
Нам нужно альфу, затем омегу
поднять со дна!»

И вот, споткнувшись, уже по снегу
бежит она.
И будто кто-то с глазами волка
ей вслед глядел...

Похоже, будет довольно долго
бурлить отдел.

--------------
Пройдёт полгода, расставив точки
и городки;
пойдут по клумбам цвести цветочки,
расти ростки.

Из дома выйдешь (заняться нечем)
в сплошную синь.
– Любовь Андреевна, добрый вечер!
Как Вы? Как сын?

В ответ пошутит, что жизнь, мол, чаша,
а дни – вода,
и вдруг заплачет: – Простите, Саша...
Всё как всегда...

И от внезапности этой встречи
сбоит чутьё:
теряешь мысли, и части речи,
и дар её.

Молчишь неловко и смотришь мимо,
и мир молчит.
И ощущаешь, как нестерпимо
июнь горчит.


4 место

Конкурсное произведение 413. "Слово о спасении"

я — купол небесный
распахнутый щит
дрожанье
искусанных губ

я — выбор
что сделать тебе предстоит
при свете архангельских
труб

я — сокол в зените
мой зорок полёт
стремительна тень
над травой

я — пуля
которой тебя не убьёт
которой ты нужен —
живой


5 - 10 места

Конкурсное произведение 186. "Курьер"

Без навигатора было бы сложно, но с телефоном
велосипед в погоду и непогоду
годится и катится. Солнечный шар плафоном
матового стекла погрузился в воду,
халатом укутался облачной белой мглы,
неярко, но пристально смотрит во все углы.
Шины взрезают лужи ветхозаветным
велением бога, который раздвинул море.
Велосипедисты водителям незаметны,
любой перекрёсток - съезд на развязку горя,
так кажется маме, но что же теперь, не ездить?
Дребезг и брызги, доставка уже на месте.
Не успеем за полчаса - ваш заказ бесплатно.
Волка - педали крутящие - ноги кормят.
Мир запредельно прост: всё развёз - поезжай обратно,
и откровенно избыточно всё, что кроме.
Но человек - вихрастая недоучка -
больше, чем привод к педалям, еда, получка.
Внутри капюшона сменяются сотни лиц -
привереда щелкает пультом, выбирает канал;
балахон и рюкзак, аггрегатор, вращенье спиц...
Ленин об этом, кажется, что-то знал,
даром ли он сидит, погружённый в сквер,
через который едет навстречу ему курьер.


Конкурсное произведение 364. "Не по-детски жжет кузнечик"

не по-детски жжет кузнечик
с прытью спичечной спешит
бога чует покалечит
под коленками дрожит

бог не курит бог напрасно
спички слабые не жжет
темной ночью стало ясно
в пруд звезда не упадет

не потухнет не сорвется
не заплатит головой
кто в доверие вотрется
шепчет ласково я свой

сколько нежности в обмане
загоревшись не сгореть
много прошлого в кармане
мало пламени согреть

уголек дощечка прутик
выживания урок
должен кто-то жить как люди
от судьбы на волосок


Конкурсное произведение 138. "Старый кот"

Старый кот болеет, умирает,
и, не зная, чем ему помочь,
мама на руках его качает,
вряд ли он осилит эту ночь.

Я пришёл, а маме не до шуток.
Мама не сказала мне "привет".
Старый кот ныряет в промежуток
между "я умру" и "смерти нет".

Бледно освещается терраса.
Я сижу поодаль просто так.
И ещё ведь муркает, зараза.
Ластиться пытается, дурак.

Мама говорит ему: ну что ты.
Мама говорит ему: а вот
мы с тобой сейчас откроем шпроты.
И зовёт по имени, зовёт.

Как на смерть ни топай и ни шикай,
не отгонишь дальше рукава,
вот и исчезает кот чеширский
насовсем под мамины слова.

На столе не тронута шарлотка,
не сказала мама мне "пока",
лишь плывёт, плывёт ночная лодка —
вдоль по шерстке мамина рука.


Конкурсное произведение 417. "Шелковица"

воздух такой горячий — колется и слоится,
старый луис сметает плоды шелковицы
с тёмной межи асфальта, ведущей в небо, в море ли;
глупая аллегория —
море сливается с небом — вовсе не аллегория.

из музыкальной шкатулки течёт медовое calma,
мальчик лет двух орошает серую пальму,
мать смущённо смеётся — саша, нехорошо;
стой же, куда ты пошёл,
ты потерял панаму, стой же, куда ты пошёл?

синь возникает после десятого стой же,
ситцевый ветер звучит аскетичнее, строже,
голос его вне пунктуации чаек, вне идиом облаков.
море небрежно застёгнуто на
пуговицы буйков,
на булавки рыбацких лодок,
волна подгоняет волну, шелестя — свобода... свобода.
мальчик — луис или саша — вбегает в быструю воду,
тараторит наперебой,
ловит ленивый прибой.
мама, купи мне лодку, мама, плыви со мной —

и ветер уносит мальчиковы слова.
солнце становится апельсинной долькой, касается края едва.
я несу на руках луиса — ему полтора или два,
на ходу качаю, пою — поспи, поспи, мой хороший,
поспи, поспи, мой хороший.
синяя
тень шелковицы льнёт
к деревянным подошвам.


Конкурсное произведение 183. "Утренняя бормоталка"

пока онемелое тело решает – живой или нет –
ты видишь пронзительно-белый едва народившийся свет
и внутрь паутинного сада заходишь а там на свету
слепые усы винограда ощупывают пустоту
а корни тихонько-тихонько бормочут ребята ползём
туда где живет землеройка и черви грызут чернозём
где тихо и лишь многоножки как дети снуют и снуют
туда где и люди и кошки находят последний приют

впивайся вгрызайся хватайся пока не пробили отбой
за землю за воздух цепляйся зубами ветвями корой
всему своё время но нонче корням и медведкам под стать
я всё ж бормотать не закончу назло всем червям не закончу
ведь вита всё тоньше и дольче и есть ещё чем бормотать


Конкурсное произведение 400. "Верещагины"

***
Череповец – чепец, печаль, оправа
овальная для важного лица.
Машины маслоделательной слава
в именье Верещагина-отца.

Дождь перестал охотиться беспечно
за отраженьем в зеркале реки.
Жаль, осень так буквально быстротечна –
отточием не удлинить строки.

***
Скатерть серая отутюжена –
Закатали солнце в асфальт.
Не доехали мы до Устюжны,
И до Устюга не достать.

Где стоим – пополам расколота
В дождь отмытая добела
С крышей-колоколом колоколенка,
Чьи замолкли колокола.

Осень поздняя, утро раннее,
Только голуби и дымкИ:
Только банями да сараями
Склон ощерился до реки.

Брёвна мхом поросли и чагами,
Да сорока вдруг верещит.
Вся надежда на Верещагина –
Да надежду ищи-свищи.

***
Верещагин сидит на каспийской таможне.
От вина и от выстрелов воздух рябит.
«Я ведь, знаешь, Петруха – великий художник!», –
Верещагин в запале Петру говорит.

«Я писал звонкий зной самаркандского неба,
Запечённый в лазури восточных аркад –
Я любил эту жизнь, обращённую в пепел,
Лязг ружейных затворов и дым канонад.

Я прошёл Туркестан, а погиб на Японской:
Броненосец на рейде – не абы чего!
Я, Петруха, мечтал любоваться на солнце –
Написал, как сверкает гора черепов...

Там сияло светло – только солнца не видно,
Только фурии смерти неслись по пятам.
Мне, Петруха, пойми, за державу обидно!» –
И Петруха кивает, до чёртиков пьян.

Вот они обнялись, как братишки, как дОлжно,
Комарьё налетевшей картечи кляня:
Луспекаев, артист, Верещагин, художник,
И Петруха – ключами от рая звеня.

* Череповец, Устюжна, Устюг – города в Вологодской области.





Kubok_2021_333
































.