06 Июля, Понедельник

Открывайте страницы на портале Mirmuz.com!

Елена СЕМЁНОВА

  • PDF

semenova_1Поэт, журналист, обозреватель книжного приложения «НГ-Ex libris».


cicera_stihi.lv

Елена СЕМЁНОВА


Родилась и живет в Москве. Окончила Литературный институт им. А. М. Горького.
Стихи, статьи и эссе публиковались в «Независимой газете», «Литературной газете», газетах «Трибуна», «Литературная гостиная», журналах «Юность», «Дети Ра», «Литературный Иерусалим», альманахах «Московский год поэзии», «День поэзии», «Среда», «Паровозъ», «ЛиФФт», «Другое полушарие», на порталах «Лиterraтура», «Культурная инициатива» и др.
Автор поэтических книг «Стихотворения» (1996), «Испытайние» (2017), «Некрологика» (в соавторстве с Михаилом Квадратовым и Андреем Чемодановым; 2018), книги детских стихов «Камушек, фантик, цветок» (под псевдонимом Лена Листик; 2019).
Соредактор-составитель поэтической антологии «Уйти. Остаться. Жить» (в двух томах) и поэтической книги Владимира Полетаева «Прозрачный циферблат» (2020).
Дипломант Международного литературного конкурса «Бежин луг» (2018).


СТРАННЫЕ МЕСТА


* * *

Неведенье, мелькающий курсив,
Косых полёт: нелепость новобранца.
Но вот отряд. Для зыбкого абзаца
Назначен марш-бросок-полёт,
Где каждый миг сквозь эхолот
С горючей вязкой тьмой вязаться:
В смешной телеге пепелаца
Нас жадно голый космос жрёт.
Рычаг скрипит – и вот, и вот...
Как в детском фильме, даль плывёт,
Но в нос из рваных дыр-аорт
Струится нежность померанца.


* * *

                      Володе Герцику

Все мы бываем в странных местах,
Нерастворимых, но словно обратных.
Это — застывшие белые пятна,
Где ореолом сквозит высота.
Это — растущие в небо столбы
И обещание сил вероятных.
Как сотни искр в основанье стопы,
Мнящие в нечто белые пятна.
Это — хохочущий знак мыслеформ,
Спящих в беззвучье в устойчивых колбах.
По мановению высоколобых
В тонком портале включается фон.
Венно. Сцепляются рук завершенья.
Как карусели кружит колесо.
Ждёшь в заземлении властной мишени
Выход извне и дарение сот.
Нити ноздрей, как на кончиках сабель,
Верят в стечение сладостных смол.
Сирин поет. И во сне-баобабе
Больше не страшен стен произвол.


* * *

Генералы страны забвения
Снимают номер типа люкс –
Что тут терять, кроме собственной тени,
Головою в колени уткнувшись (железный бокс):
Ждать лишь, гадать развитие энной темы.
Раскрывается лифт, и входят они, в стальном.
Глаза их звонки, и жёсткие, как литавры.
Они говорят: что зовут страной,
Вряд ли уловишь щупальцами радара.
Смотрят прямо, остро, ясно – не добры и не злы,
Не друзья, не враги, где-то там – словарей за гранью,
Не слышу, но брезжится что-то вроде «услы..»,
В нервные будто узлы вживляется сеть сказанья.
Испытанье, пытанье, вплетенье, питанья блок,
Но – и сжигаемый блок пустоты и страха.
Занавес! Брезжится и светает: бурлит поток,
И клюет зерно подле ног заревая Птаха.


* * *

Тыльная сторона, Великое Под,
Не знание, но испод его и изнанка,
Во взглядах растений, в их касаньях живёт.
Мнится колокол, с боталом бродящий скот,
Смутная перебранка, звуки гонга, истоки Ганга.

Движешься наугад в лесах скульптур и палат.
Выпад, захват, преткновение и... зиянье.
Но — сбитый отчаяньем, чуешь раскат,
И в сиянии, в знобко белом золоте лат
Рослые смелые сквозят изваянья.

Кинешься — здравствуй, но меж пальцев златой народ
Прочь утекает. Лишь куполом древним
Небо преданно пред тобою встаёт,
И — в чутком утреннем шорохе вод
Льются нам в кровь и пот золотые тени.

Кто мы? Чем нам располагать? Всем нам располагать!
Также как всё вокруг располагает нами.
Можно спать, летать, смеяться и грозовать,
Но главное — с лёгкостью вещи все называть
Острыми, как лоза, звучными именами.


.