16 Октября, Среда

Открывайте страницы на портале Mirmuz.com!

Владимир ГУТКОВСКИЙ и Елена ШИРИМОВА. "Анализ-прогноз". Чемпионат Балтии - 2014. 1/16 финала. Часть 1-я.

  • PDF

gut_shirimЕлена Ширимова и Владимир Гутковский обсуждают подборки участников 1/16 финала, прикидывают их шансы на дальнейшее прохождение (восхождение) по турнирной сетке. В первом блоке обзоров одной шестнадцатой рассматриваюся пары с 1-й по 8-ю согласно жеребьевке.


Вступление от Елены Ширимовой

Честно сказать, неудобно и жаль делать прогнозы "на выбывание" в отношении поэтов, прошедших через сито отборочного тура, поскольку они все хороши, и каждый из них замечателен по-своему. Поэтому я искренне желаю удачи всем. Они уже победители, состоявшиеся и зрелые авторы, а что касается дальнейшей конкурсной борьбы, то лично я расцениваю её лишь как поиск товарищей на вкус и цвет между членами большого жюри. И пока ареопаг разбирается с тем, кто из участников – дыня, кто – арбуз, а кто – свиной хрящик, я выскажу свои читательские соображения.

Вступление от Владимира Гутковского

А как хорошо все начиналось!

Женя Орлов в роли Рока в галстуке был как всегда убедителен и неотразим.

Проводил очень ответственную процедуру неторопливо и элегантно.

Так и хотелось провозгласить: Жребий выпал! Рубикон перейден!

И участники уже как-то свыклись со своей нелегкой турнирной судьбой, немного притерлись к оппонентам.

Но тут как взбаламутится синее море! Пуще прежного оно забурлило!

Пришлось вылить пятьдесят бочек елея, прежде чем оно постепенно утихло.

Хотя и не совсем.

Забыли. «Нам своє робить».

В соответствие с оговоренным распределением пар между обозревателями.

И как кому удобнее.


ЕЛЕНА ШИРИМОВА

1 пара

19. ШЕРБ Михаэль, Дортмунд (Германия). "Холщовые поля".
117. МУДРОВА Елена, Харьков (Украина). "Мысли ни о чем".

В этой паре – два мага, которые, как Саруман и Гэндальф, направили друг на друга свои посохи (угадайте, кто из них – кто). И только равенство потенциалов не позволяет им слиться в единый искрящий энергетический сгусток. Это вовсе не означает борьбу добра и зла, тут нельзя мыслить чёрно-белыми категориями. Скорее я бы выстроила такие ассоциативные связи (слова взяты из текстов авторов):
Елена – воздух, информация, уровень, игра, внимание, память, звук, время, ускорение.
Михаэль – вода, свет, дрожь, боль, сон, смех, синева, земля, лёд.
Итак, Елена водит нас извилистыми тропками ума, а Михаэль – винтовыми лестницами чувств и ощущений. Что лучше? А это кому что ближе.

Михаэль использует яркую и сложносоставную палитру. Не все его образы мне понятны. Чувствуется некая перенасыщенность ими, как будто автор не особо задумывается над тем, как они будут восприняты читателями и органичны ли в заданной системе координат (например, "туманные тени...Ноют птичьей поилкой в коленях"– это сравнение для меня оказалось "неподъёмным"). Образы, на мой взгляд, падают сверху, но не встраиваются друг в друга, как в "тетрисе", чтобы освободить место новым, а плотно укладываются в штабеля, от чего стена всё растёт и растёт, и не дай Бог, обвалится.

Стихи Елены в этом смысле чуть проще считываются, но воспринять их полностью тоже для меня сложно. Здесь противоположная ситуация: строго дозированная образность, разреженность стихотворного пространства – можно и вздохнуть перед тем, как принять очередную порцию авторской мысли. Небогатая эмоциональность выводит эти стихи за рамки женской лирики. Но назвать их спокойными тоже нельзя: есть нерв (хоть и не оголённый) и внутреннее напряжение. Для меня лирика Елены всё же холодновата, как, например, Ахматовская. Мне здесь не хватает привязок к конкретным событиям, какого-то заземления. Этот воздушный шарик так и рвётся у меня из рук, не давая вдоволь насмотреться и наиграться.

А теперь о стихах, которые особенно понравились и в той, и в другой подборке. У Елены это "За стеклом", а у Михаэля – "Кома". Мне они полюбились за социальный подтекст. Это очень ценно и интересно в ассоциативной поэзии, которая, как правило, оторвана от реальности. Кто-то из комментаторов увидел в стихотворении Елены жизненную историю – это большой комплимент автору. А вот в стихотворении Михаэля я увидела несчастного Шумахера (тоже Михаэля), и в который раз посочувствовала ему и всем, находящимся "в подвешенном состоянии".

"О, не дай, Корабел, расстворенным в немой синеве
Дрейфовать без ветрил в двух шагах от спасительной бухты.
Лучше светом лететь, навсегда позабыв о Земле
Что с заглавной, что с маленькой буквы." (М. Ш.)

"Их больше нет - в том смысле, в том ключе,
В каком рука лежала на плече,
И ничего такого, чтобы: Ах!
Темно в глазах!
Истек им смысл, им память истекла,
Их больше не достать из-за стекла." (Е. М.)

Мои симпатии в этой паре – на стороне Михаэля. Конечно, с учетом его большого опыта участия в поэтических конкурсах, в пользу Елены Мудровой может сыграть новизна. И всё-таки мой прогноз – перевес в сторону Михаэля Шерба.


ВЛАДИМИР ГУТКОВСКИЙ

Сразу хочу оговориться. Все восторги остались на предварительном этапе.

Далее я собираюсь быть более конкретным и въедливым. Возможно, чрезмерно и насколько хватит сил и запала.

Вторая пара 

 199. ЮДОВСКИЙ Михаил, Франкенталь (Германия). "Она писала мне из Испании"

23. ГЕРАСИМОВА Александра, Томск (Россия). "Бог и боль"

Очень интересных оппонентов свел жребий в этой паре. Здесь с глазу на глаз встретились боль молодая –  непрерывная, разъедающая, изнурительная.

И боль зрелая – привычная, устоявшаяся, но от этого не менее острая.

Человечески мне, конечно, ближе второе состояние.

А поэтически?

Давайте разбираться.

Общая характеристика Михаил Юдовский

Вот что я ранее писал о Михаиле:

«Не сомневаюсь, что он будет одним из фаворитов Чемпионата.

А первому стихотворению его подборки внимают с равным энтузиазмом и млад, и стар…».

Но, перечитав подборку, я был вынужден несколько снизить градус своего ликования.

Нет, все осталось при Михаиле – и уверенная поэтическая техника, и раскованность письма, и тематическая цельность, и достойная эмоциональность, и доступная привлекательность стихов.

Но отдельные решения поэта стали вызывать у меня некоторые вопросы.

Первый текст его подборки разворачивается последовательно и потому как бы предсказуемо, если не очевидно. Развязка угадывается с первых строк.

И хотя ничего криминального в таком подходе нет, лично мне хотелось бы более напряженной интриги.

Автор умело разнообразит текст всяческими изобретательными подробностями и вполне убедительными деталями. Но иногда, на мой взгляд, чересчур увлекается подобным словоплетением.

Вот, к примеру, строчка: «… удивленному воздуху корчил страшные рожи…».

«Страшным рожам» верю и даже представляю себе их.

Но вот их адресат – «удивленный воздух» – кажется мне несколько надуманным.

Или в изысканных строчках: «Ее письма, меж тем, истончались, как влага под субтропическим солнцем, читаясь кондово…» – вполне кондово спотыкаюсь об это самое «кондово».

Наверное, оно употреблено не только для рифмы?

Проверяю себя, лезу в словарь. У Даля вообще ничего хоть как-то подходящего к случаю не обнаруживается. Из современных  справочников лучше всего подгоняются значения «истинный,  настоящий». Или же совсем наоборот – «грубый, топорный». Но если по смыслу такие толкования и соответствуют авторскому восприятию, то звучат для меня все-таки излишне «кондово». Тем более (на что указывали и комментаторы) ударение в слове Кордова на первом слоге.

Хотя … Ведь сам член Большого Жюри Александр Кабанов писал и довольно давно «Но когда я увидел, что бедра ее медовы, а грудь подобна холмам Кордовы, отключил я мобильник, задернул шторы …». Прервусь, удержусь от соблазна и удовольствия продолжить цитату.

Нет, похоже, пора уже вносить уточнения в словари ударений.

И в финале у меня кое-что вызывает сомнения:

«На ее часах, заблудившись меж точками и тире,

околевали стрелки – как собаки, лишенные корма,

умирают в собственной конуре…».

Об азбуке Морзе здесь речь, думаю, не идет и что «заблудившись меж точками и тире», вероятно, описывает дизайн часов. Но я его как-то плохо себе представляю.

И что действительно собаки погибают от голода в собственной конуре?

Второй текст достаточно выразителен и сбалансирован.

Вот только какая художественная необходимость вызвала переход от женских рифм в первой строфе к мужским во всех остальных?

И в третьем тексте все достаточно художественно обоснованно.

«Соборно ползти»? Пусть будет.

Последняя придирка.

Составные рифмы «на пути к» – « бутик», «одинаковы, но» – «раковины» выглядят, скорее, щегольскими, чем вызванными логикой развития образов.

Несмотря или в подтверждение всему сказанному, считаю, что подборка Михаила Юдовского обладает очень высоким конкурсным потенциалом.

Александра Герасимова

На предварительном этапе я высказался так: «Подборка годичной давности мне понравилась больше. Но это вовсе не означает, что эта хуже…».

Сами понимаете, что последнее не более чем любезность. Внимательно перечитываю повторно.

И откровенно завидую тем комментаторам, которые смогли увидеть в этих стихах так много и столь многое. У меня не получается.

Даже не получается цепляться к отдельным несуразностям, которые отметил Миронов.

Потому, что в общем словесном потоке они таковыми не выглядят, поскольку, очевидно, являются сутью текста. (Правда, с одним замечанием автор все-таки согласился. «И за это спасибо…»).

«… они приходили

садились со мной за стол

и кровь их от счастья сворачивалась простоквашей …»

Даже боюсь спрашивать, что это означает.

У других.

У самого себя бесполезно. Вряд ли можно получить связный ответ.

Все же попробую.

Счастье для «оних» становилось закваской, сбраживающей их кровь в простоквашу.

Так?  А от чего они становились такими счастливыми?

«… и я становилась древнее себя на сто

а может на тысячу лет…»

То есть, потерянное ЛГ время и было тем самым счастьем для пришельцев.

Короче – вырванные годы.

«…чем больней – тем старше…»

Это как раз понятно, с этим мы соприкасались.

«…в безвинном неупокое…»

Я понимаю, что хотел сказать автор. Я не понимаю, для чего он делает это таким образом.

Второй текст.

Логика построения и смысл некоторых образов мне недоступны.

Просто констатирую это.

«…больной не порывая пуповины…»

И опять левой рукой за правое ухо.

А когда я читаю  «мне маетно и суетно и скучно», невольно вспоминается «и кюхельбекерно, и тошно».

Квинтэссенцией подборки, на мой взгляд, является третий текст.

Сколько не повторяй «халва», во рту слаще не станет.

Так же, сколько не повторяй «бог», «боль» во всех возможных сочетаниях, ни боли не выразишь, ни к богу не приблизишься. Мне так кажется.

Хотел было порекомендовать, хотя бы дозированно использовать в этом стихотворении отдельные знаки препинания, тире, например. Что могло бы придать ему большую осмысленность. Но, похоже, это не входит в задачи автора и является для него слишком тривиальным.

Не думаю, что Александра движется в правильном направлении.

Батл цитат

Слово Михаилу Юдовскому.

«… деревья, многорукие, как менора

с апельсинами вместо свечек…»

«… бормотал про себя: «Ах уж эти испанские махи...»,

добавляя зачем-то: «Ох уж эти еврейские лохи...»

«Ее письма, меж тем, истончались, как влага

под субтропическим солнцем…»

«Вспоминал ее родинки – десятки родин

на теле…»

«…как приходит вечер, тебя прислонив к плечу,

и приходит вечность, тебя отряхнув с плеча…»

«Я сидел, у безморья ожидая шторма…»

«Говори со мной – у меня достаточно слов,

чтоб глядеть на тебя, ничего не сказав в ответ…»

«…как приходит вечер, тебя прислонив к плечу,
и приходит вечность, тебя отряхнув с плеча…»

«Хорошо быть улиткой и всюду носить на спине

бесподобно красивую, трепетно хрупкую Родину…»

«…рассыпается мир, и сочится морская вода

застывающей каплею соли из треснувшей раковины…» 

Это лирика не только любовная, но и личная.

Которая включает в себя и чувство утраты. Разнообразных утрат.

И потери Родины, и утекания времени.

В своей совокупности эти цитаты производят очень мощное впечатление.

Слово Александре Герасимовой

Подборка была меньшей по объему, чем у оппонента.

Но количество знаковых цитат меньше не только поэтому.

«они приходили

и я начинала счёт

до первой звезды

а может до первой смерти»

«из чёрных моих окон

всё падали женщины

под колокольный звон»

«и боль и бог

и бог и боль и бог»

Мне кажется, что сопоставление этих цитат позволяет сделать однозначный вывод.

Мои симпатии

Отдаю должное (что могу) Александре, но мои поэтические симпатии на стороне Михаила Юдовского.

Мой прогноз

Победит Михаил с достаточно серьезным преимуществом.


ЕЛЕНА ШИРИМОВА

3 пара

81. ЗАКАБЛУКОВСКАЯ Алена, Иркутск (Россия). "Приходишь в мир".
71. КАЛУГИНА Татьяна, Москва (Россия). "Эффект бабочки".

Хотела написать; "они сошлись вода и камень стихи и проза лед и пламень..." (с) (угадайте, кто из них – кто), но вовремя остановила себя: прозы тут нет, только хорошая, качественная поэзия. Однако они всё же сошлись, и жюри предстоит непростой выбор между жизнью и смертью. Пардон, между жизнеутверждающей и рефлексирующей подборками. И Алёна, и Татьяна мне известны, я периодически читаю стихи обеих Алёна наделена талантом видеть возвышенное в обыденном, Татьяна – замечать, а порой и придумывать неочевидные взаимосвязи предметов и явлений.

У Алёны, на мой взгляд, более разнообразная по впечатлениям подборка. Чтение её стихов – для меня не только размышление над смыслом авторских строк, но и удовольствие от выразительных средств, которые она использует. Сравнение человека с кочаном капусты кажется нелепой идеей, но только не в исполнении Алёны. Коровья шкура на кольях, на которую автору попеняли комментаторы, вовсе не чужеродна в общем пейзаже. У меня возникла ассоциация со сказкой "Крошечка-Хаврошечка" (чуть ли не самая метафоричная русская сказка, недаром В. Пелевин неожиданным образом переосмыслил её в одном из своих романов). Корова в ней – добрый дух, который, погибнув, перерождается в другой ипостаси и продолжает помогать девушке. Возможно, и для героини стихотворения Алёны эта шкура – хороший, хоть и мрачноватый знак к началу новой жизни. В этой подборке есть и рождение, и возрождение, и грусть, и немножко смерти, но самое главное – есть надежда.

"Я оголила окна. Тихий свет
И белый снег вошли в проёмы комнат
Чтоб здесь остаться, чтоб позволить помнить:
На этом стуле сиживал мой дед,
Подзор крахмальный – бабушка вязала,
А чемоданчик этот по вокзалам
Мотался с папой, а теперь стоит
Поблёскивая лаком декупажным
Подумать страшно: кто-нибудь, однажды,
Всю жизнь мою вот так перекроит..."

Подборка Татьяны оставляет светлое чувство несмотря на тематику. Оказывается, о смерти можно написать легко, чтобы у читателей не возникло гнетущего впечатления. Мне понравился образ души (или не души? "света умозрительная взвесь"?), которая "как бабочка летает по Вселенной":

"Бабочка летает по Вселенной, –
Это всё, что я могу сказать.
Бабочка летает по Вселенной,
Богу попадаясь на глаза.
 

Попадётся – в том ее спасенье,
Выпадет из виду – забытьё.
Сколько там еще до Воскресенья?
Пара взмахов крылышек её..."

Богатая пища для размышления. Точность, ёмкость, индивидуальность образов Татьяны порой заставляет меня сожалеть о том, что я сама что-то там пытаюсь сочинять. Татьяна – из тех авторов, стихи которых проще процитировать, чем о них рассказать, они говорят сами за себя. Поэтому я приведу ещё несколько строк из посвящения поэту Б. Рыжему:

"Душою чиркнув, свет между ладонями
Поднес на чью-то просьбу прикурить...
Потом ушел. Мы ничего не поняли
Настолько, чтоб его остановить."
 

Назову стихи, которые понравились больше других в обеих подборках. У Алёны это второе "без названия", а у Татьяны – "Эффект бабочки". Удачи им в ТОП-10.

По моему мнению, в этой паре немного больше шансов у Алёны Закаблуковской, но если выиграет неизвестная пока на портале Татьяна Калугина, я ничуть не удивлюсь.


ВЛАДИМИР ГУТКОВСКИЙ

Четвертая пара

17. ИВКИН Сергей, Екатеринбург (Россия). "Переход на прочие реактивы".
153. ГАБРИЭЛЬ Александр, Бостон (США). "Излечение неизлечимых".

В этой паре сошлись и на фото смотрят друг другу в глаза два зрелых поэта и видных мужчины.

Посмотрим, кто кого переглядит.

Общая характеристика

Сергей Ивкин

На предварительном этапе я высказался так:

«Безусловно, заслуживает внимания.

И более подробного, а, может, и построчного анализа.

При прохождении в следующий этап…».

Вот он следующий этап, придется держать слово.

Что интересно, то интересно. Но без придирок не обойтись.

В первом тексте лично мне показался вполне убедительным нерифмованный зачин.

Он задает нужный тон и темп, правильно выставляет свет и выбирает ракурс (это уже отсылка к третьему тексту). После чего уже ждешь.

Но начинается он с использования целого ряда спотыкливых словечек.

Все эти «как будто бы» оставляют двойственное впечатление. Не то ирония такая, не то технические затычки. Если первое, то я в таких случаях люблю употреблять пародийную конструкцию «как будто бы б».

И из того же ряда три раза повторенное «за-ради».

«Пока что» означает «до поры до времени». Последнее употребление звучит более естественно в возвышенной поэтической  речи. Но у автора, очевидно, другие планы.

Привлекли внимание и следующие строчки (я же обещал подробный подход).

«…как будто бы он в тёплые края

свалил за стаей крачек над Кавказом…»

Захотелось выяснить, способны ли крачки (что такое крачки я знал) преодолеть в полете Кавказ.

Узнал массу увлекательных (и поэтичных) подробностей.

Что крачки на зимовку летают из Арктики в Антарктиду, что гуси пролетают над Гималаями (какой там Кавказ!), что самая большая зафиксированная высота столкновения птицы с самолетом порядка 12 километров.

Но такие знания никому не нужны, если одним снижающим глаголом «свалил» поэт отменяет необходимость всех этих сентиментальных деталей.

Свалил ангел и свалил, делов-то.

И вообще, когда автор так откровенно «стебается» и над собой, и над своим стихом, какие можно предъявлять претензии к каким-то мнимым ли, действительным ли неувязкам и нестыковкам?

Ведь если развязка заготовлена и подготовлена (даже слишком обстоятельно), так о чем говорить.

О том, что получается «ещё один стишок без адресата»?

С пронзительной современной приметой: «из телефона вывесил».

Хотя почему «без адресата»? На конкурс он же попал. Видно, как крачка.

Сделаю только одно замечание.

Постоянно лазить по справочникам редких выражений и молодежного сленга я уже замахался.

Не к лицу это такому седоредковолосому человеку.

Басче я бы чем-то другим занялся.  «В то же время».

Второй текст – и та же история.

На этот раз без знаков препинания.

Боль, маскирующаяся под самое себя.

Достаточное количество любопытных (но не более) оборотов.

Дело не в «кудрявой мошонке», пускай себе кудрявится.

По ходу чтения все время спрашиваю – а что нового я узнал о себе или хотя бы об авторе?

Все это было знакомо и раньше.

Да, и словесное оформление, обрамление не производит впечатления чего-то принципиально нового, не говорю уже прорывного.

«бисер кончается даже у Германа Гессе…»

Попытка вписаться в культурный контекст?

Как по мне, контекст вежливо сопротивляется.

А вот с третьим текстом я на ты.

Две мои любимые темы – кино и сон.

Сон, как кино, и то же наоборот.

Поэтому и оцениваю это стихотворение по-кинематографически, как снято.

Хорошо снято, зрело.

И фон, и фокус – все притягивает к себе.

Самый ударный кадр:

«…за окном красивый в полнеба гриб...

и стоит подросток, раскинув руки:

«Здравствуй, взрыв!»

И одновременно опять же стеб. Типовой советский плакат.

Жаль, что это всего лишь сон. Или стих.

Какое кино можно было бы снять!

А, может, кто-то и возьмется.

 

Александр Габриэль

Характеристика на предварительном этапе:

«Уровень продемонстрирован. Высокий уровень.

Не вижу причин для того, чтобы прошлогодний результат не был превзойден…».

Первый текст.

Начинается хорошо, звучно:

«Если тлеет свеча, всё равно говори: "Горит!"…».

А дальше опять слова начинают путаться и запутывать друг друга.

И снова густо посыпались эти словечки-приправы, типа: «ежели», «коль» .

Что, – с обычными «если», «когда», – так трудно совладать и распорядиться ими во вполне обычных строках?

И уже первая строфа вызывает те же самые придирки.

«… даже ежели твой реал - не "Реал" (Мадрид)».

Считаю такое уподобление случайным и произвольным.

Нет, «ежели» автор болельщик этой футбольной команды, тогда понятно.

Вторая строфа.

Выражения (в контексте текста) вроде «хмарь», «нейдут» тоже не вызывают у меня безоговорочного приятия.

«и внуши самому» … Как это понимать? Внушить самому себе? Но тогда, просто внуши себе.

Но можно трактовать и по-другому. В этом случае, «Самому» лучше бы написать с большой буквы.

Третья строфа.

«Уничтожь, заземли свой рассудочный окрик: "Стой!"».

Плохо представляю, как можно окрик уничтожить, заземлить.

Его можно оборвать, заглушить. Я правильно понимаю?

Остальные три строки этой строфы – неприкосновенны.

Далее.

«не останься навек в заповедной своей глуши.
Даже если незримою пропастью пахнет рожь -
чище воздуха нет. Напоследок - дыши…».

Я так понимаю, что ЛГ собирается сей бренный мир покинуть.  Посредством  той самой пропасти во ржи. Вдохнув напоследок ее чистый воздух (ржи, пахнущей пропастью). Так, что ли?

Второй текст.

Не производит впечатления большего приближения к поэтическому  совершенству.

Не будем останавливаться на мелочах.

И разделим с ЛГ надежду на то, чтобы в его жизни

«побоища минуса с плюсом

не давали в итоге законченный ноль…».

Конечно, если говорить об этом тексте, то все-таки выходит значительно больше.

В основном, за счет финала стихотворения:

«всё ползёшь и ползёшь, обдирая колени

о летящие плотной грядой облака…

Что бы это ни значило, но сказано красиво.

(Глядя из самолета, что ли?)

Третий текст носит более оптимистический характер.

А все потому, что, устав от разных осенних неурядиц (в том числе, следует понимать, и возрастных), ЛГ находит простой, но действенный выход.

«Я, возможно, однажды свой собственный бизнес открою:

обучать неофитов святому искусству - терять…»

Дело, безусловно, полезное и очень необходимое.

Объяснять, «как дышать, если нет кислорода», и другим полезным навыкам.

И пусть, «оказавшись в заброшенной яме»,  нужно думать о том, как из нее выбраться, а не о том «как себя уберечь» там.

Но всем нам жизненно важно научиться «карабкаться к свету, завидев малейший просвет».

Может, если повезет, и реанимируют.

В финале текста две не очень вразумительные строки (хотя и сам часто повторяю: когда  сталкиваешься с какими-то непонятками в стихах поэта, безусловно, высокого уровня, то стоит над ними подумать и попытаться понять логику автора)  –  ох, уж эти «коих»!.

«Нарисую им схемы, где следствия есть и причины,

и слова подберу, в коих разум и сердце - родня...»

предшествуют двум заключительным.

Которые, возможно, именно из-за такого контраста, звучат особенно сильно и афористично:

«Я себя посвящу излечению неизлечимых,

ибо что, как не это, однажды излечит меня».

 

Батл цитат

Слово Сергею Ивкину

«Пожалуйста, бродячий парадокс,

не проявляйся, не мани похмельем…»

«Я объяснял тебе, что не хочу

срываться и летать над пепелищем

накопленных за эти годы чувств…»

«…в эту кошку с тугими ладошками цвета черешни

или в эту собаку с глазами почившего друга

в попугая кричащего что он великий грешник

и душа его обратилась в уголь…»

«…вновь и вновь во сне я снимаю Землю,

на которую больше никто из нас...»

«…винтовые черви идут на нерест,

и тогда по крышам стучит вода…».

Слово Александру  Габриэлю

«Этот тёмный зазор меж реальностью и мечтой

залатай невесомою нитью, сведи к нулю…» 

«Беспощадных сомнений растерянный пленник,

ты однажды познаешь себя…» 

«Осень - странное время. В нем трудно искать виноватых…»

«От скамейки к скамейке, подобно пчелиному рою,

мельтешит на ветру жёлтых листьев краплёная прядь...»

«И для тех, кто в воде не находит привычного брода,

заиграет в динамиках старый охрипший винил...»

Мои симпатии

Никто из оппонентов не отвел взгляда

Как по мне, достоинства и недостатки этих подборок уравновесили друг друга.

И они равноценны.

Мой прогноз

Предполагаю, что предпочтение все же будет отдано Александру Габриэлю, в соотношении 60 на 40.


ЕЛЕНА ШИРИМОВА

5 пара

55. КРАЙТМАН Семен, Герцлия (Израиль). "На золотом крыльце".
135. БАБИНОВ Олег, Москва (Россия). "Drei kleine Nachtmusiken".

Очень интересная пара новых для меня авторов, в которой "сферы влияния", кажется, распределены поровну. Для себя я назвала эти подборки "взвешенный интеллект" и "бешеный интеллект" (угадайте, кто из них – кто).

Поэзия Олега Бабинова для меня определяется словом, которое в последнее время стало чуть ли не ругательным и почти что синонимом слову "китч" – это постмодернизм. Но китч, как правило, не характеризуется тонким художественным вкусом, а у Олега, несомненно, есть вкус. Броский, эффектный (даже где-то пёстрый) стиль Олега прекрасно охарактеризовал он сам в комментариях к своей подборке: "мне интересно женить акмеизм с обэриутством, пытаться склинивать несоединяющиеся прямые русской классики и русского авангарда, приправив кое-где пряностями американского блюза и питерского рок-клуба. Возможно, я, как академик Лысенко, полезу на яблоню за персиком, а паду, сражённый арбузом, но интересно же...". Конечно, интересно! Невообразимые соединения эпох, персонажей, явлений в стихах Олега представляют собой не бестолковую мешанину, а паззл, который должен сложиться в картинку. Автор знает, как привлечь внимание читателей. Вдруг на полотне в средневековом стиле ярким мазком мелькнёт социально-политический современный подтекст, и я уже покорена:

"В сладкой крови тонут слуги и господа,
конные рыцари, прочие христиане.
Кровь заливает замки, нивы и города –
здесь в Ломбардии, здесь в Афгане, здесь на Майдане...
...Арлекин просыпается.
Шасть к окну – и не узнаёт родного Бергамо.
На улицах снайперы. Штукатурка с потолка осыпается.
Богородице, спаси меня, мамо!"

В атмосферу стихов Семёна Крайтмана невозможно не погрузиться целиком (особенно после "огненных объятий" Олега Бабинова), и я делаю это с удовольствием. Семён из тех поэтов, которые умеют создавать настроение. Спокойная, уверенная манера, мудрость, лёгкая печаль. Ничего лишнего, никаких чужеродных элементов – всё создаёт единый пласт, текучую ткань повествования. Тонкие, умные, негромкие тексты, к которым хочется возвращаться. И рискну сказать ещё об одном, что мне нравится в стихах Израильских авторов: самоирония, обращенная на свою национальность. Меня почему-то это очень подкупает.

"как в старом фотоателье-
" Рубинчик, Штильман и Лурье"-
в закатном, тёмно-красном свете
мы возникали на пустом
листе и те,
на золотом
крыльце, кричали нам : -вы кто?
и мы не знали, что ответить."

В обеих подборках понравились все стихи, но выделю наиболее значимые: У Олега Бабинова – "Арлекин в военное время", у Семена Крайтмана – первое "без названия".

Мой прогноз в этой паре 50 на 50. Возможно, слегка неформатный Олег уступит более традиционному Семёну, всё будет зависеть от пристрастий жюри. Но лично мне нравятся оба!


ВЛАДИМИР ГУТКОВСКИЙ

Шестая пара

В этой паре на прю сходятся две перспективные и достаточно раскованные поэтессы.

Что не может не привлечь внимания к их поединку.

Публика начинает перемещаться на шестой корт.

166. КОНСТАНТИНОВА Ольга, Екатеринбург (Россия). "По эту сторону"

129. КОЛЬЦЕВАЯ Виктория, Ровно (Украина). "Возвращение на кухню"

Общая характеристика

Ольга Константинова

На предварительном этапе я высказался так:

«Очень трепетно, очень трогательно, очень интересно и очень настояще…»

Проверим себя при повторном прочтении.

А знаете, впечатления за это время ничуть не обветрились.

Первый текст.

Любовная история, в которой нет ничего впрямую и в лоб.

В которой все настолько опоэтизировано, что само стихотворение выглядит той самой хрупкой миниатюрной статуэткой, прототипом которой есть его лирическая героиня.

Даже читаешь этот текст как-то по-особому бережно, опасаясь неловко задеть торопливым  взглядом какую-то уж совсем невесомую деталь его причудливого описания.

Даже то, что в стихах ранее рассмотренных поэтов слегка тормозило восприятие и казалось не вполне естественным – все эти повторы, проговоры, снижения, отсутствие знаков препинания – здесь органично вплетается в поэтическую ткань. И хотя автор пользуется подобными приемами достаточно часто:

«…мы тебя ждали ждали…»

«…мне стыдно стыдно…»

«…рельсы рельсы и шпалы шпалы…»

«…шпалы шпалы и рельсы рельсы…»,

но все это, сам не знаю почему, в данном случае нисколько не раздражает. Не замечаешь ни натяжки, ни морщинки, ни шва, ни склейки.

Может, потому, что  этот текст на всем своем протяжении ощущается как «неизъяснимая новая хрупкость», как «прозрачная чашка драгоценная фарфоровая посуда».

Текст второй.

Парадокс – или послевкусие от предыдущего текста было настолько велико, что мне показалось, будто появление препинаков как-то значительную часть очарования разрушило.

Текст стал более правильным, но для меня как-то поскучнел.

Хотя и в нем хватает убедительных подробностей и поэтичных формулировок.

«…то, что может взять человек, дать на самом деле нельзя ему…»

«…и в аид не спускался больше: второй раз это не действует…»

Или дело не знаках препинания?

Проверим на третьем тексте.

Третий текст

Драматические стихи. Очень актуальные.

Но все-таки появилась здесь некоторая доля рассудочности.

Или назвать это философским осмысление человеческой судьбы, выраженное в поэтической форме. Это «мы их тут себе разделяем на правых и виноватых»

И функциональный апостол Петр говорит им: «у меня для вас никакого рая никакого света».

А больше ему и нечего сказать. А они, потому что голые, за словом в карман не полезут: «нет тебе веры говорят нет в нас ни блага ни страха». И еще припечатают вслед словечком, запрещенным последним указом. Напряженная история. А перед лицом последнего часа другого и не бывает.

Вывод: в сочетании с отдельными достоинствами остальных текстов, всепоглощающего обаяния первого стихотворения и одного с избытком хватает на всю подборку.

Виктория Кольцевая

Предварительная характеристика:

«…новое для меня имя. И интересные стихи. Парадоксальность поэтического мышления, но не показная, а очень органичная и естественная…»

И здесь такая характеристика, я считаю, подтверждается.

В отличие от оппонентки Виктория пишет более широкими мазками.

Ее стихам свойственна, если так можно выразиться, более рациональная образность, склонность к прямым высказываниям. И зачастую это оказывается эффективнее с точки зрения поэтического воздействия, чем всякие переливы смыслов и словесные кружева.

Первый текст.

Враг не просто располагается где-то извне:

«Вроде, с врагом все ясно: сидит, жует,

доит козу, корову, овцу, народ…».

То, что каждый сам себе враг, становится понятным не сразу:

«… кто суетится сзади, по виду лох,

серий уже 15?...»

В поисках универсального рецепта:

«Может, надоим птичьего молока…».

Не помогает.

«Рябчики сгинут, фениксы отомрут

на мелководье высохнут кит и спрут…».

Так что, все умерли?

Отнюдь.

«Он же, к стыду людей, не умрет совсем…».

Энергичное и емкое стихотворение.

Текст второй.

Повседневный Апокалипсис.

Такой привычный и с виду совсем нестрашный.

«Все горело светло, ибо тут не Содом,

и полгода дождей не объявят потопом…»

Тут же появляется такой распространенный прием как «тополь и тополь».

И дальше ничто ничего не предвещает:

«Пух летит, и слезятся глазницы дворов.

Вот разбитый горшок на недолгое счастье…».

(А могут ли глазницы слезиться? Словари не разделяют подобного пессимизма. Только глаза).

«… зола умножается, сколько ни лей:

то иные слободки сгорят, то чертоги…».

Наступит ли развязка? А зачем нам это знать. До времени.

Третий текст.

Мы раньше пересекались с прекрасным поэтом Таней Литвиновой, которой посвящено стихотворение.

Что вызывает у меня чувство личной сопричастности к этому тексту.

Он в определенном смысле является развязкой всей подборки, ответом на вопрос, который я задал после предыдущего стихотворения.

«Но к чужому веку не прильнуть,

даже если собственный остынет…».

Я не упоминал о названиях текстов этой подборки. А они, в отличие от многих других, несут значительную смысловую нагрузку, являются поэтически системообразующими.

Батл цитат

Ольга Константинова

«…а я ему дерзко вы меня что теперь поставите на книжную полку
чтобы стояла себе пылилась и немножечко украшала…»

«…а он так чистосердечно да мы тебя просто ждали

нам просто именно тебя не хватало…»

«а я такая в его руках тонкая тонкая прозрачная голубая белая синяя

такая куколка шоколадка фисташка чашечка игрушка наживка добыча…»

«…как умею сигналю бибикаю ну возьми меня снова набери в меня голубики

мне тебя не хватает полюби забери отсюда…»

«…орфей спускался в аид не за мёртвой девкой, не за любимой собакой,

а за новой темой для музыки, за словами для стихотворения…»

море перекатывает камни во рту, как тренирующийся оратор,

море говорит ему что-то, он не обращает внимания.

«…а они совершенно одинаковые

маленькие солдаты

кровяные тельца

усталые лейкоциты…»

«…а она такая совсем темнота

густая тёплая нежилая

ни любви ни смерти в ней

ни родин в ней ни политик…»

«…мамочка мама

это жизнь из нас утекает

это жизнь через нас идет

и совсем проходит…»


Виктория Кольцевая

«Странно, что грудь совсем уже не болит

будто пришла весна и прошел мастит…»

«Вымя отрежут избранным. Или всем…»

«…часть полатей – на них совершалась любовь

тех, кто к местному пеплу телесно причастен…»

«…Верстовые столбы обдает Енисей,

и Днепром, как брандспойты, плюются пороги…»

«…Все горело. Настолько светло, что потом

очевидцы сочли эту землю святою…»

«…нам за тыщи лет и не такое

выпадало в сумерках души…»


Мои симпатии

Подборка Виктории значительно лаконичнее, но не менее весома, чем у Ольги.

Оба автора мне равно милы.

Мой прогноз

55 на 45


ЕЛЕНА ШИРИМОВА

7 пара

89. КЛИНОВОЙ Иван, Красноярск (Россия). "Саргассы".
105. БЛИЗНЮК Дмитрий, Харьков (Украина). "Эволюция музы".

На первый взгляд разные авторы. Наверное, такой эффект обусловлен необычной манерой стихосложения Дмитрия (в лонге он единственный верлибрист. Звучит почти как "эквилибрист", и это недалеко от истины). Иван для меня – новое лицо, но как будто уже давно знакомое (это всё от радости узнавания истинного поэта). Разные-то они разные, но как же интересно перекликаются! Одну подборку я для себя назвала "человек-оркестр", а другую – "оркестр-человек". И даже не спрашивайте, кто из них кто, я и сама уже запуталась :-). Там везде гремит музыка, да такая...

Под подборкой Ивана зашёл разговор о культурных кластерах, мол, он с ними работает. Кластеры – это, как я понимаю, скопление разнородных элементов, образующих всё же некую систему со своими свойствами. Как пишет Сергей Ивкин в комментариях, "когда текст пишется не на словарных смыслах слов, а на иероглифических значениях, присущих узкой культурной группе, определённой парадигме. То есть понимание текста возможно только при условии посвящения в книгу или культурное явление, на который текст ссылается". Может, у Ивана и кластеры, но вовсе не закрытые и недоступные широкому кругу читателей. Его кластеры, как кляссеры, открываются и бери оттуда что хочешь: марку, открытку, денежку... И всё такое заманчивое, необычное. Коллекционное. Возможно, ты и не совсем понимаешь, откуда этот предмет и какова его стоимость, но в полной мере осознаёшь, что вещь дорогая и ценная. Однозначно беру Ивана в свою коллекцию! 

"Даже если однажды встретимся в стариках
Помолчать обо всех, кого мы не пощадили,
Вся в лагунах и фьордах будет уже строка
И провиснет воздух меж латте и кесадильей."

Дмитрий мне известен по предыдущим конкурсам, и не перестаёт удивлять. А удивляюсь я необыкновенной художественности его нерифмованных текстов. У многих сложилось предубеждение против верлибра – кому-то скучно читать стихи без рифмы, кто-то считает, что верлибристы в большинстве своём не умеют внутренне организовать стихотворение (действительно, это очень трудно) и сами не знают законов жанра. Но со стихами Дмитрия Близнюка ситуация иная – в них погружаешься и начинаешь видеть картинки, слышать звуки, чувствовать запахи и как-то незаметно забываешь, что рифмы-то и нет. Действительно, зачем она, когда

"Монета падает на асфальт,
воздух царапает чирх зажжённой спички,
и где-то вдалеке позвякивают кастаньеты трамвая.
Слепой человек на скамейке причмокивает губами...
... Так тихо,
что слышен скрип крошечных челюстей белок на соснах."

Ну а теперь – небольшая забавная перекличка Ивана и Дмитрия, о которой сказано выше:

"Маэстро, смертельно простуженный временем,
отхаркивает на ноты мелких красных улиток без панцирей." (Д. Б.)

"Мыслей улитки, медленные и скользкие,
Из головы уползают ногой вперёд." (И. К.)

***
"Идея вернуться к тебе торчит между лопаток,
как шпага тореадора." (Д. Б.)

"И лопатки – горячим пюпитром
Для звучащих ладоней, – не зря!" (И. К.)

***
"Будто слишком близко развёл костёр,
Побросав туда все ключи от нарний." (И. К.)

"А она по-носорожьи прямо смотрит в меня,
инстинктивно прижимает сумку к бедру,
где кошелёк и ключи от дома. От иного мира." (Д. Б.)

***
"У вселенной опускаются руки с фломастерами" (Д. Б.)

"...просто набор фломастеров у нас разный" (И. К., из обсуждения) :-)

Больше других в подборках мне понравились стихотворения: второе "без названия" у Дмитрия Близнюка и первое "без названия" у Ивана Клинового.

Прогноз: скорее всего, перевес будет в сторону Ивана Клинового (берем в расчет всеобщее настороженное отношение к верлибрам).


ВЛАДИМИР ГУТКОВСКИЙ

Восьмая пара

11. ПРИЕДНИЕЦЕ Анастасия Лиене, Саулкрасты (Латвия). "Все мое".
78. МАРКИНА Анна, Климовск (Россия). "О соседях, слонах и табуретках".

На первый пригляд – в этой паре поэтическая «социалка».

С Анастасией Лиене все и так ясно, я ее давний поклонник.

Анна – новое для меня имя. Тем интереснее.


Анастасия Лиене Приеднице

Характеристика на предварительном этапе.

«Как всегда – поэзия на пределе боли, как всегда – поэзия …»

Первый текст.

На этом Чемпионате немало стихов, пробивающих сердце навылет.

И не просто «про старушек» или «про умру».

Про величие человеческого духа. Про его силу и слабость. Про его низость, наконец.

Этот – один из них.

Один из лучших.

Что тут анализировать? Описывать образные решения и поэтические ходы? Соотносить форму стиха и его наполнение? Предъявлять примеры удачных метафор и тропов? Придираться к ритмике и рифмам?

На такое безумие (бесчувствие) я в этом случае неспособен.

Просто пойдем за цитатами.

«Катарина Линде знала о мире все…»

«… иная болезнь равна социальной смерти….»

«Оказалось — кто-то любит её саму,

а не только рисунки-фото-стихи-рассказы…»

«Катарина смотрела и думала: хорошо.

Некрасиво и жалко. Страшно и больно. Живо…»

«Ты сама виновата. Будешь всю жизнь болеть…»

«…без меня так и будешь горемычной-увечной..».

«Ты ещё приползёшь ко мне». — «Извини — но нет…».

«Катарина бредёт по кромке морской воды.

Собирает гальку. Плавает, сколько может…»

«Улдис ёжится…»

«Ишь, сказала: «Я поправилась — я сожалею»…»

Мне нечего добавить.

Текст второй.

Это давняя история.

О разлуке вынужденной и добровольной.

О неутихающей боли и любви (с  одной стороны, так точно).

О не оставленной судьбе.

И его нужно читать от начала и до конца. Непрерывно и не отрываясь.

А цитаты?

Ну, некоторые оторву от живого тела и приведу ниже.

Третий текст.

Вызвавший самые большие разногласия.

Мне он не показался ни чрезмерно объемным, ни чересчур прозаизированным, ни слишком «белым».

И опять цитировать его нет необходимости и возможности, а читать стоит.


Анна Маркина

Предварительная характеристика:

«…в любом случае подборка запоминается. И привлекает...»

Здесь боль разбавлена игрой и принимает ее форму.

Тоже способ, и довольно эффективный, по себе знаю.

Первый текст.

Как по мне, самый пронзительный.

Быт, сгущенный настолько, что утрачивает все признаки реальности.

Остается только летать. Пролетать. Его. И ее – любовь.

Не в том дело, что все проходит (пролетает).

Все проходит (пролетает) мимо.

«Я пошла в Икею, выбрала табурет,

отдала всего четыреста пятьдесят рублей,

прихожу, смотрю, а друга уже и нет,

прихожу, смотрю – ни мамы, ни папы нет,

только пух набежал с уличных тополей…»

Текст второй.

Его упрекали в том, что это сплошная «хармсятина».

Ничего удивительного.

Когда мир утрачивает все признаки реальности, он неизбежно приобретает очертания тотального абсурда.

А как можно описывать абсурд? Никак. Можно только вдобавок ко всему поставить перед ним еще и кривое зеркало.

«И человек уже боится,

он ждет устало у окна,

он ждет, когда отправят на…»

«Рекомендуем уходить,

касторку пить, махать хвостом,

рекомендуем приходить

потом…»

Третий текст.

Показался наименее сбалансированным.

Хорошо начинается и как-то сникает к концу.

На мой взгляд, без последних четырех строчек вообще можно обойтись.

Там какая-то тягомотина про скопленную пыль «на целый всемирный шар»  и какое-то очень уж лобовое наказание. А так закончилось бы: хотел осчастливить, да не смог. Из жадности.

Батл цитат

Анастасия Лиене Приеднице

«…я росла на этих ветрах, голубых и белых,

и жила, и пела.

Это мой народ: рыбаки и врачи, продавцы и судьи,

городок, который я — защищаю грудью.

Ничего такого в этой природе и этих людях —

и уже не будет…»

«…разве ты узнаешь: я не ведьма, не царь-девица —

я сосна, я лисица.

Разве ты услышишь не Старшую Речь из книжки —

а простой латышский?...»

«Хватит врать: ты не помнишь меня, никогда не помнил,

ты никто мне…»

«Что ещё ты скажешь, кроме «спасаться нужно?»

Я читала сказки.

Они — не повод для дружбы…»

«…нас, судебных работников,

учат не выгорать…»

«…на специальных курсах

нас учат работать с редким неадекватом…»

«…но есть вещи, к которым

никогда невозможно привыкнуть.

это все дела с сиротским судом…»

«…спазм хватает меня за горло.

я пытаюсь откашляться.

вспоминаю, что не поможет —

и втыкаю палец в эту ямку под шеей,

как стилет.

и снова могу говорить…»

«…я нередко видела

этих лиц. эти лица, вернее.

самые разные расы, цвета кожи…»

«…в этом году, наверное,

будет больше белых…»


Анна Маркина

«Я жила в каморке. Тополя шелестели сладко.

А в каморке не было пола и некуда было сесть…»

«Проходяща мать, как дождь за твоим окном.

Говорит, улетаю к солнцу я собирать там мед…»

«Сидели б дома до весны,

как все приличные слоны…»

«И человек идет домой,

полурябой, полуживой,

идет, идет он дотемна,

несет в себе домой, домой

большого мертвого слона….»

«Был у меня соседик, зацикленный на вещах.

Все что ни брал он просто, просто не возвращал…»

«Был он тогда женатый, слушала я жену:

дескать, любви давала – ни капельки не вернул…»

«Он протянул мне, было, счастье, – не в долг, а в дар

но убежал внезапно, просто не смог отдать…»


Мои симпатии

Да простит мне Анна, но они на другой стороне.

Мой прогноз

60 на 40


Продолжение следует…



 


 


 


 

 


.