20 Ноября, Понедельник

Открывайте страницы на портале Mirmuz.com!

Михаил ЛЕВИН. "Стансы"

  • PDF

levinЖивет в Аугсбурге (Германия). О себе: "Родился в Нижнем Новгороде. Окончил филологический факультет Горьковского педагогического университета и Волго-Вятскую академию государственной службы. Член Союза журналистов России. Член Международной творческой ассоциации Тaivas. С 2005 г. живёт в Германии. Стихи и пародии публиковались в российских, русскоязычных немецких и американских газетах и журналах, в коллективных сборниках, антологиях и альманахах России, США, Германии, Финляндии. Автор книг «Лабиринт» (1998), «Хранитель» (2001), «Перелётные ангелы» (2005), "Письмо с того света" (2009), «Ледниковый период» (2012). Стихи переведены на английский, немецкий, иврит, некоторые положены на музыку."


Сизиф

До поры непостижимо – и пока неинтересно –
Что назначили мне сверху или выбрали внизу,
Лето красное пропето, и цена ему известна,
А теперь иду по снегу и салазочки везу.

Никаких тебе спасений, никаких тебе спасаний,
Будь ты трезвый, будь ты пьяный или триста раз больной,
Ни суббот, ни воскресений, ой вы, сани мои, сани,
Мёрзлый груз десятилетий, что скопились за спиной.

Никогда не доводилось жить за пазухой у Бога,
Никогда ещё не бегал у Судьбы на поводу,
Только в качестве итога – эта белая дорога,
И ведёт дорога в гору, по сугробам да по льду.

Всё завьюжено в округе, холод – волчий, не собачий,
Даже если поскользнулся и над пропастью повис, –
Будет так, а не иначе, вот условие задачи:
Дотяну их до вершины – сани сами съедут вниз.

Обходя сторонкой горы, станут умники открыто
Потешаться над беднягой, что живёт не по уму,
А с немодным чувством долга, хоть давно уже забыто,
И кому я это должен, и за что, и почему...


Жестокий романс

Нет, поздно оптимистом становиться,
Кина не будет – кончилось кино.
Вокруг тебя снуют такие… лица,
Что сердце кошкам отдано давно.

Три четверти назначенного срока
По малым каплям утекли в песок.
Жестоко? Ну, конечно же, жестоко,
Но ведь и ты бывал порой жесток.

Дорога – не паркет, она – дорога,
С колючками и сорною травой.
И не тревожь мольбой напрасной Бога:
Таких, как ты, до чёрта у Него.

Все песни про любовь уже пропеты,
И про здоровье тоже не свисти.
Ты ж сам орал: «Карету мне, карету!» –
Карета «Скорой помощи» в пути.


Стансы

Когда моя падучая звезда
Забьётся, налетев на провода,
Откель уже никто её не снимет,
То не спасут ни ангел и ни бес –
Полягут все на глубине небес,
На самом дне. И я, конечно, с ними.

В ночных мирах и круговерти дня
Кто там захочет поминать меня
И вспоминать, что должен божеству я
Свою любовь? Она не задалась
И потеряла надо мною власть,
Не проклиная и не торжествуя.

Да и кому потребно лить елей,
Скорбя о том, кто не был всех милей,
Любителе не кислых вин и басен?
Не зря же говорил один шутник,
Что Гудвин недостаточно велик,
Поскольку недостаточно ужасен.

Я сам-то иногда жалею тех,
Которые, пернатым для потех
И прихотям в угоду человечьим,
По горло были вбиты в пьедестал.
Но для меня час этот не настал
И не настанет: мне хвалиться нечем.

А просто, на лету глотнувши льда,
Закашлялась в тиши моя звезда
(Ведь и у них случается простуда)
И сбилась с курса в дебрях января,
Впотьмах свой путь сомнительный торя,
Извечный: в никуда из ниоткуда.


Страница автора в Сети



.